slon_76 (slon_76) wrote,
slon_76
slon_76

Длинная рука Москвы. Часть 5


Новый этап в своей боевой деятельности экипажи 16-й авиабригады отметили сразу тремя групповыми вылетами уже 17 февраля. Первыми на боевое задание отправились двадцать семь СБ из состава 2-й, 3-й и 5-й эскадрилий 54-го сбап в сопровождении восьмерки И-16 и девятки И-153 149 иап. «Чайки» принадлежали новой 2-й эскадрилье полка, буквально утром перелетевшей в Вейно. Объектом приложения усилий этой группы стали войска противника в деревнях Юустила и Карисалми, а также станции Вайникала и Симола. Все объекты располагались к северу от Вийпури, который, как объект постоянных нападений советской авиации, был сравнительно неплохо прикрыт средствами ПВО (по финским меркам, естественно) и работавшие с небольших высот, от 800 до 1700 метров, СБ встретили довольно интенсивное противодействие мелкокалиберной зенитной артиллерии и пулеметов. Особенно сильным оно было в районе станции Тали, через которую бомбардировщики заходили для бомбардировки Карисалми. Строй 2-й эскадрильи на высоте всего 900 метров был обстрелян интенсивным, до двух десятков разрывов одновременно, зенитным огнем, в результате которого два бомбардировщика получили серьезные повреждения. Самолет (СБ-2М-103У №8/210) комэска старшего лейтенанта Сытника получил прямое попадание в левый стабилизатор. Осколками повредило руль направления, однако Сытник сумел посадить самолет в Копорье. В СБ политрука Гурова после посадки на своем аэродроме насчитали до двадцати четырех пробоин в фюзеляже, крыльях и хвостовом оперении.


Несмотря на противодействие, в 13.30-13.45 СБ отработали по своим целям, сбросив в общей сложности 192 ФАБ-100, 36 ЗАБ-50, 72 АО-20, 144 АО-8, 684 АО-2,5 и 112 ЗАБ-1э. Уже при отходе от целей, в 25 километрах западнее Вийпури, шедшие в хвосте колонны 3-я и 5-я эскадрильи были настигнуты финскими истребителями, по докладам экипажей девяткой «Фоккеров», однако истребители сопровождения благополучно отразили нападение, сбив один истребитель противника. Самое занятное в этой истории, что в оперативных документах 149-го иап ни о победе, ни о бое вообще нет ни слова! Тем не менее три СБ 5-й эскадрильи (№ 7/217, 13/211 и 16/217) вернулись назад с пробоинами.
Не прошло и 15 минут после ухода от целей бомбардировщиков 54-го полка, в районе Симолы появилась следующая группа СБ, на сей раз из состава 31-го сбап. Целью тридцати четырех экипажей полка был участок железной дороги от Симолы до Лаппеенранты. Уже при подлете к цели 3-я эскадрилья подверглась нападению группы финских истребителей (вполне вероятно, той же самой, которая атаковала 54-й полк) в количестве шести машин, среди которых были как хорошо знакомые «Фоккеры», так и не виданные ранее истребители-бипланы. Так произошла первая встреча экипажей 16-й бригады с финской «новинкой» - истребителем Глостер «Гладиатор» Mk.II. Эти машины в середине января начали поступать из Великобритании, и к концу месяца на них были перевооружены два звена 26-й истребительной эскадрильи (LLv 26).
Здесь надо отметить, что «звено» (lentue) в финской истребительной эскадрилье соответствовало скорее британскому «флайту» и включало, как правило, шесть боевых машин, однако их число могло достигать и девяти. Истребительная эскадрилья штатно состояла из трех «звеньев», однако в 24-й эскадрилье в порядки исключения их было пять. «Гладиаторы» по своим летным данным и вооружению практически не уступали «Фоккерам», превосходя последние в маневренности. Сделав несколько боевых вылетов на перехват в южной Финляндии в начале февраля, оба звена LLv 26 были отправлены на северные участки советско-финского фронта, но к середине месяца из-за катастрофического развития ситуации на Карельском перешейке все они вернулись сюда. С 15 февраля 1/LLv 26 в составе девятки «Гладиаторов» обосновалось на аэродроме Йоутсено в десятке километров восточнее Лаппеенранты. Для удобства управления все истребительные подразделения, действующие в районе Карельского перешейка, были объединены под общим командованием командира 24-й эскадрильи майора Магнуссона.
Встреча с «Гладиаторами» и «Фоккерами» для 31-го сбап оказалась весьма тяжелой. Истребители сопровождения по каким-то непонятным причинам в бою участия не приняли, судя по численности группы, сопровождавшей 54-й полк, все они вместе с 54-м полком и ушли, бросив 31-й полк на произвол судьбы. В завязавшемся бою стрелки бомбардировщиков, по их донесениям, сбили три финских истребителя, однако два СБ были тяжело повреждены. СБ-2М-100АУ №10/104 летчика Ланге получил восемьдесят пробоин и, не сумев дотянуть до своего аэродрома, сел на аэродроме в Капорье. Изрешеченная машина требовала капитального ремонта. У еще одного СБ (2М-100АУ №13/104), который пилотировал лейтенант Н.М. Стольников, первой же атакой противника был выведен из строя левый двигатель, однако Стольников продолжал полет к цели, отбивая атаки истребителей, при этом стрелок-радист экипажа Г.Д. Гуслев сбил одного из трех атаковавших «Фоккеров».
В 13.59 бомбардировщики отбомбились по намеченным целям и повернули обратно. Поврежденный СБ Стольникова на одном моторе не мог удержаться в строю и начал отставать. На траверзе Вийпури одиночный СБ атаковала группа «Фоккеров», летчики которых решили не упустить отличный шанс пополнить свои счета. Стольников же не планировал без боя стать очередной «зарубкой на прикладе» у какого-нибудь финского пилота. Советский летчик отчаянно маневрировал, насколько это позволял идущий на одном моторе СБ, а стрелок-радист и даже штурман вели огонь по самолетам противника. Как это обычно бывало в таких случаях, экипажу приписали еще два сбитых «Фоккера» (чего не подтверждают финские данные). В конце концов у стрелка-радиста на верхнем пулемете произошел обрыв ленты и бомбардировщик стал фактически беззащитным. Преследовавший СБ финский лейтенант Пьер-Эрик Совелиус словно в тире поджег бомбардировщику второй двигатель, казалось бы, поставив точку в еще одной из многочисленных драм, происходивших в небе Финляндии зимой 1939-40 годов.
Однако в действительности история на этом не закончилась. Стольников бросил свой бомбардировщик резко вниз, но у самой земли выровнял самолет и, не выпуская шасси, посадил его на озере Муолан-ярви, к сожалению, в северной его части, все еще находившейся под контролем финских войск. Выбравшись из кабины, Стольников добрался до кабины стрелка, где обнаружил тяжело раненного Гуслева, который пытался покончить с собой. Командир экипажа отобрал у него пистолет и вместе со штурманом, адъютантом эскадрильи лейтенантом И.С. Худяковым, потащил раненного Гуслева к лесу у ближайшего берега. Шансов, увы, у экипажа было немного, финны уже открыли артиллерийский огонь по месту посадки СБ, и наверняка не поленились бы выслать группу для захвата советских летчиков. К счастью, момент посадки СБ наблюдали пилоты патрулирующего звена И-16 68-го иап ВВС 13-й армии, которые немедленно проинформировали свое командование о случившемся.
Штаб ВВС 13-й армии немедленно взялся за организацию спасательной операции. К месту посадки была выслана группа самолетов в составе пары Р-Зетов 32-й враэ и одного Р-5 12 као под прикрытием шестерки И-16 68-го иап. Р-Зеты и Р-5 сели на лед, взяв по одному человеку из экипажа СБ на борт, а «ишачки» в это время кружили над озером, не позволяя финнам приблизиться к самолетам на льду и обстреливая замеченные огневые точки. «Зеты» взлетели без проблем, а вот у Р-5 лыжи примерзли ко льду и он никак не мог оторвать их. Комэск-2 68-го иап капитан П.М. Петров заметив, что у экипажа Р-5 возникли проблемы, сел рядом и вместе со штурманом Р-5 раскачал самолет, который по приказу Петрова немедленно взлетел, оставив Косичкина и Петрова на льду. Посадить Косичкина в громоздком зимнем комбинезоне в кабину И-16 было невозможно, и тогда Петров предложил ему лететь сидя… на лыже шасси. Косичкину не оставалось ничего другого, как сесть на означенную лыжу и крепко ухватиться за стойку шасси. Удивительно, но в таком виде Петров не только благополучно взлетел, но и успешно приземлился. Косичкин хотя и замерз, но не пострадал.
Экипаж Стольникова в полном составе 7 апреля 1940 года был удостоен звания Герой Советского Союза, равно как и капитан Петров. Правда в сборнике «Герои Советского Союза» описание их подвига содержит ряд неточностей. Например, про Худякова сказано, что он «Был ранен, но возглавил бой в окружении и выход из него», а Петров, согласно сборнику, вывез с территории противника сбитого летчика.
По итогам вылета 31 сбап потерял один СБ, а еще два получили повреждения, требующие длительного ремонта. В числе последних был и самолет летчика Орлова (не путать с комэском-4 31 сбап капитаном Орловым, который в это время со своим самолетом все еще находился в Эстонии). Его СБ (№2/208) получил всего четыре пробоины, но одна из них была в радиаторе. В районе ст. Дно при попытке совершить вынужденную посадку самолет потерпел аварию, сломав правую плоскость, кабину штурмана и деформировав фюзеляж. Пришлось отправлять его в капитальный ремонт. Экипаж не пострадал.
Точку в боевой работе 17 февраля поставили семнадцать СБ 1-й и 4-й эскадрилий 54-го сбап. В 16.50-16.54 они атаковали Коуволу, сбросив на её железнодорожный узел с высоты 4000 м две ФАБ-250, 99 ФАБ-100 и 20 ЗАБ-50. Вместе с СБ 54-го полка к Коуволе вылетала пара пикировщиков ДБ-3 и десять СБ из 85-го авиаполка особого назначения (в дальнейшем эта практика получила широкое распространение), истребительное прикрытие осуществляли пять И-16 и одиннадцать И-153 149-го иап. Истребителей противника группа не встретила, зато по самолетам велся интенсивный зенитный огонь, до пятнадцати-двадцати разрывов одновременно. Снаряды ложились точно по высоте, но немного впереди строя, поэтому никто из группы не пострадал.
На следующий день железнодорожный узел Коуволы стал местом сосредоточения усилий уже всей 16-й авиабригады. Финны обеспечили советским бомбардировщикам «горячий прием», привлекая для этого не только зенитную артиллерию, но и значительные силы истребителей. Посты воздушного наблюдения, как правило, засекали советские бомбардировщики еще над Финским заливом, поэтому у истребителей даже из расположенного в сотне километров восточнее Коуволы аэродрома Йоутсено было вполне достаточно времени, чтобы успеть перехватить СБ над целью, тем более, что самолеты 16 авиабригады обычно шли к цели на скоростях в диапазоне 260-300 км/ч. Кроме того, на аэродроме Утти недалеко от Коуволы находилось 3/LLv 26 лейтенанта Ниеминена, которое 11 февраля начало получать итальянские истребители Фиат G.50, однако личный состав еще не успел освоить новые машины и в боях пока не участвовал. Не исключено, что Утти в качестве «аэродрома подскока» использовали и «Гладиаторы».
Первыми над Коуволой появились сорок СБ 54-го сбап в сопровождении двенадцати истребителей 149-го иап. В 11.52-11.59 с высоты 1800-2300 м они достаточно точно сбросили на ж/д узел 42 ФАБ-250, 175 ФАБ-100, 48 ЗАБ-50 и 114 ЗАБ-1э, добившись многочисленных прямых попаданий. Из района Коуволы по самолетам велся интенсивный огонь зенитных пулеметов и артиллерии, в результате которого три СБ 3-й эскадрильи получили по четыре-пять пробоин.
Вскоре над целью появились и истребители противника. Первая атака последовала в 11.53, когда звено 3-й эскадрильи было атаковано пятью «Гладиаторами». Впрочем, экипажи бригады не знали о появлении у финнов новых истребителей-бипланов, поэтому до конца войны в документах полков «Гладиаторы» именуются не иначе как «Бульдоги», поскольку о наличии на вооружении финских ВВС к началу войны этих устаревших истребителей-бипланов советская разведка была в курсе, хотя к середине февраля «Бульдоги» окончательно перекочевали в учебные подразделения. Стрелками звена атака была отбита, а спустя пять минут по всей видимости те же «Гладиаторы» и присоединившиеся к ним «Фоккеры», которых по нашим данным было девять, атаковали 3-ю и 5-ю эскадрильи.
К сожалению, финским пилотам удалось частью сил связать боем истребительное сопровождение (по сведениям 149-го иап, его истребители завязали бой с парой «Бульдогов» и четырьмя D.XXI), поэтому бомбардировщикам снова пришлось отбиваться самостоятельно. Финны атаковали по одному и парами, в последнем случае стараясь зайти сзади одновременно сверху и снизу. Это говорит о том, что финны уже прекрасно знали слабости СБ, в частности тот факт, что стрелок-радист не может одновременно вести огонь из верхней и нижней оборонительной точки. К счастью, полученный ранее боевой опыт позволил полку отделаться, в общем-то «легким испугом». СБ лейтенанта В.В. Бутрина из 5-й эскадрильи получил 22 пробоины в левом крыле и кабине штурмана, но благополучно сел на своем аэродроме, экипаж при этом не пострадал. А вот СБ-2М-103У №16/216 лейтенанта Н.И. Иванова из того же подразделения на аэродром действительно не вернулся, однако вскоре пришло сообщение, что Иванов сел в Котлах из-за повреждений, полученных в результате боя с истребителем противника. Штурман экипажа лейтенант А.А. Смирнов был ранен в правую руку, а самолет требовал заводского ремонта. Повреждения от огня истребителя получил и СБ-2М-103У №17/248 помощника командира бригады майора Борисенко. Самолет с пробоинами в радиаторах, моторах, моторамах и винтах сел в Липово и требовал капитального ремонта. Из 3-й эскадрильи небольшие повреждения от огня истребителей получили самолеты комэска-3 Иванова (№3/252), летчиков Гольцева (№12/66) и Бурмана (№12/58). В бою отличились стрелки-радисты Гудков, Стрельников и уже известный читателю Нечаев, совместными усилиями сбившие два «Бульдога». Последней жертвой финнов едва не стал экипаж майора Романова из штаба 16-й авиабригады. В районе оз. Эняярви, в 15 км юго-восточнее Утти, их СБ был атакован в хвост истребителем противника. Самого Романова спасла бронеспинка, принявшая на себя большинство пуль, в комбинезоне майора позже нашли несколько пробоин, а вот старшина Ф.Д. Андрюхин, флагманский стрелок бригады, получил две пули в голову. Самолет с поврежденной гидросистемой совершил вынужденную посадку на фюзеляж в районе Липово. Романова и штурмана капитана Говорухо с места посадки вывезли присланным самолетом, а раненный Андрюхин был направлен в ленинградский госпиталь.
Бой с истребителями продолжался более десяти минут. По всей видимости, три подбитых в бою СБ были на счету лейтенанта Пааво Берга летавшего на «Гладиаторе» с номером GL-279. По финским данным он сбил два (южнее и северо-восточнее Коуволы) и повредил один СБ, добить который помешали вышедшие из строя пулеметы. В «Гладиатор» Берга стрелки всадили двенадцать пуль, однако финн вполне благополучно совершил посадку на своем аэродроме. Уже при возвращении 54-го сбап в районе своего аэродрома, на СБ (№1/253) инспектора по технике пилотирования полка старшего лейтенанта Ефремова загорелся двигатель М-103У, но летчик сумел благополучно посадить самолет. Требовалось только заменить мотор и капот.
Не прошло и получаса после налета 54-го сбап, как к Коуволе подошла колонна из 34 СБ 31-го сбап. Однако за это время город закрыла сплошная облачность, висевшая на высоте 300-800 метров. Ведущий принял решение атаковать запасную цель и в 12.23-12.28 полк сбросил 382 бомбы на Котку с высоты 1400-1700 м. Истребительное прикрытие у полка практически отсутствовало, не считая двух «Чаек»(!), но и финские истребители после боя с 54-м полком ушли на сои аэродромы.
Едва не потеряв два экипажа из управления бригады, её командир и штаб обрушились с резкой критикой на истребительное прикрытие, охарактеризовав его как «неорганизованное», что неудивительно, учитывая двенадцатиминутную схватку с финскими истребителями и вылет на сопровождение 34 СБ пары И-153. Причем в «журнале боевых действий» бригады отмечалось, что и 54-й сбап прикрывали всего четыре И-15бис (если быть точным, это были И-153), что, правда, никак не соответствует написанному в оперсводке 149 иап. По всей видимости, летчики 54-го сбап видели только те истребители, которые находились в непосредственной близости от бомбардировщиков во время боя.
19 февраля 54-й сбап в составе тридцати пяти СБ вновь взял курс на Коуволу. Нал Липово к ним присоединились одиннадцать «Чаек» и пара «ишачков» 149-го иап. В 13.05-13.15 группа была над целью, сбросив на неё с высоты 2900-3300 метров в общей сложности без малого двадцать тонн фугасных и 2,4 тонны зажигательных бомб, добившись прямых попаданий во входные и выходные стрелки. Финны обстреливали колонну бомбардировщиков зенитным огнем, а при отходе от цели в воздухе вновь появились финские истребители. Правда, на сей раз истребители 149-го иап свое дело сделали добротно. В завязавшемся бою с семью «Бульдогами» по докладам пилотов, они уничтожили пять финских истребителей, что, правда, никак не стыкуется с финским данными, говорящими об отсутствии потерь. По данным 16-й бригады, к бомбардировщикам все же смогли прорваться два «Бульдога» и три «Фоккера», которые поодиночке пытались атаковать строй 1-й и 5-й эскадрилий, но экипажи бригады уже без особого труда отражали атаки одиночных истребителей, поэтому потерь от их огня полк не имел, впрочем, и побед не заявлял. Единственным пострадавшим был СБ командира полка полковника Леонова, стрелок которого в запале прострелил хвостовое оперение собственного самолета. Тем не менее, одному СБ пришлось вынужденно садиться у острова Лавенсаари, где был организован ледовый аэродром для истребителей ВВС КБФ. Самолет лейтенанта Синицина (СБ-2М-103У №4/249) из 3-й эскадрильи, по всей видимости, получил повреждение от зенитного огня.
31-й полк во второй половине дня в составе тридцати трех СБ, летевших под прикрытием морских летчиков, атаковал участок железной дороги Кайпиайнен – Пулса (к востоку от Коуволы) . Ударам с воздуха подверглась, кроме собственно станций Кайпиайнен и Пулса, еще и станция Таветти, которая получила несколько прямых попаданий, четко различимых на фотоснимках. На обратном пути звено «Гладиаторов» под командованием Берга пыталось перехватить бомбардировщики, но флотские истребители сопровождения помешали финнам атаковать СБ.
Вечером того же дня бомбардировщикам 16-й авиабригады пришлось несколько потесниться на своих аэродромах. В 18.10 там закончили посадку СБ первой группы 52-го сбап, следующих «транзитом» в Эстонию, в состав Особой авиабригады ВВС РККА. На следующий день прибыли остальные бомбардировщики полка, в результате на 20 февраля помимо собственно бомбардировщиков бригады в Смуравьево оказались двадцать пять СБ, а в Чернево еще двадцать восемь машин 52-го сбап. Правда в тот же день на каждый из аэродромов прибыли по одному СБ, призванных лидировать полк и вечером первые семнадцать СБ вылетели в Эстонию.
Утром 20 февраля Белов запросил штаб ВВС СЗФ о возможности вылета сразу двух полков одновременно, но получил отказ, мотивированный отсутствием необходимого для прикрытия такой массы бомбардировщиков количества истребителей! И это после передачи 18 февраля в оперативное подчинение СЗФ Краснознаменного Балтийского флота с его многочисленными истребителями! Но с начальством, как известно, не спорят, поэтому бригада вновь действовала двумя самостоятельными группами.
В 10.34 закончили взлет тридцать пять СБ 54-го полка, снова направившиеся к Коуволе. Истребительное сопровождение обеспечивали шесть И-16 и одиннадцать И-153 149-го иап. За пять минут до полудня на входные и выходные стрелки и депо Коуволы полетели первые в этот день советские бомбы, вызвавшие очередные разрушения полотна железной дороги. Бомбардировка длилась всего пять минут, а вскоре в небе появились успевшие к «шапочному разбору» финские истребители. «Фоккеры» атаковали семерку СБ 4-й эскадрильи, но сделали это как-то на удивление безграмотно, сначала подставившись под огонь носовых спарок ШКАСов штурманов СБ, а затем угодив под атаку истребителей сопровождения. В результате совместными усилиями штурмана 4-й эскадрильи капитана Н.И. Ковалева и летчика-истребителя лейтенанта Филатова был сбит один из нападавших, однако финны эту потерю не подтверждают.
3-я эскадрилья была также атакована тремя «Гладиаторами», но стрелки-радисты отразили атаку, заявив о двух сбитых самолетах противника (отличились уже знакомые читателю Гудков и Нечаев). Труднее пришлось экипажам 5-й эскадрильи. Шесть «Гладиаторов» на встречнопересекающихся курсах внезапно со стороны солнца атаковала строй эскадрильи. После первой атаки финские истребители разошлись и уже по одному продолжили атаковать бомбардировщики, сближаясь с ним на расстояние до 30-50 метров. Стрелки-радисты Столяров и Максимкин, а так же летнаб младший лейтенант Зайцев доложили об уничтожении трех «Гладиаторов», однако и финны смоли сбить СБ лейтенанта Е.М. Филоненко (СБ-2М-103У №7/216). Экипаж в составе Филоненко, лейтенанта Максимова и летавшего в качестве стрелка мл. лейтенанта Куфакова пропал без вести. Еще один СБ-2М-103У №13/211, который пилотировал помощник комиссара эскадрильи старший лейтенант Плаксий был подбит и сел в Липово.
Единственным, кто претендовал на победу в этом бою с финской стороны, был уже известный читателю лейтенант Берг, который поджег один СБ и обстрелял другой. Позднее сбитый им самолет нашли на берегу Финского залива. Таким образом, Берг стал полноправным асом с пятью победами (три СБ, И-153 и И-15бис), причем этого впечатляющего результата он добился всего за восемнадцать дней, со 2 по 20 февраля воюя на «Гладиаторе». В действительности реальные победы Берга на тот момент ограничивались одним СБ и двумя «Чайками». Впрочем, в этот раз Бергу не повезло, поскольку его «Гладиатор» был сбит, и удачливому финну пришлось воспользоваться парашютом. Берг был ранен, а потому экипажам 16-й бригады более не довелось встретить его в воздухе. Кто конкретно сбил Берга сказать трудно. В 12.04 на отходе от цели замыкающая строй полка 7-я эскадрилья подверглась нападению пары D.XXI и такого же количества «Гладиаторов», вышедших в атаку на встречных курсах. Однако огнем стрелков и истребителей сопровождения один из «Гладиаторов» был сбит. Возможно, это и был самолет лейтенанта Берга. С другой стороны, согласно донесению командира 2-го авиаполка финских ВВС полковника Р. Лоренца, Берг был сбит в бою с пятью И-153. Судя по всему, это были истребители 12-й оиаэ ВВС КБФ. Победа над «Бульдогом» в районе Утти была засчитана старшему лейтенанту Волчеку. Как бы там ни было, точку в карьере Пааво Берга поставили именно летчики-балтийцы. 1 ноября 1941 года его истребитель Кертис «Хок» был сбит в бою с И-16 будущего Героя Советского Союза В.Ф. Голубева в районе Ханко. К этому моменту Берг в звании капитан командовал 1./LLv 32.
31-й сбап закончил подъем своих бомбардировщиков в 13.29, после чего колонна направилась к целям на железной дороге Коувола – Вийпури, на участке Лумяки – Кайпиайнен, т.е. фактически туда же, куда и накануне. Под прикрытием уже восьми И-16 и одиннадцати «Чаек» 149-го иап бомбардировщики практически без помех отработали по своим целям в течение семи минут, с 15.02 до 15.09. Больше всего досталось станции Кайпиайнен, на которую сбросили в общей сложности 360 бомб разного калибра.
Ударом 54-го сбап по Коуволе 20 февраля закончилась непрерывная пятидневная серия налетов на этот стратегически важный пункт. За это время на ж/д узел было сделано 127 самолето-вылетов, однако надолго нарушить его работу так и не удалось. Лишь в ночь с 20 на 21 февраля работа узла прервалась на пять часов. Имея под рукой все необходимые материалы, финские железнодорожники быстро восстанавливали пути. Основываясь на данных фотоконтроля, командование ВВС СЗФ пришло к неутешительному выводу, что даже ежедневные удары силами целого полка не приводят к полному разрушению железнодорожного узла и, соответственно, прекращению железнодорожных перевозок через него. Нужно было как-то менять тактику действий, на ходу изобретая новые способы достижения цели.


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment